Так рождается новый Ближний Восток

Так рождается новый Ближний Восток

Стали ли мы свидетелями исторического и фундаментального изменения отношений между Израилем и его арабскими соседями?

Можно,  наверное, говорить о тенденции, распознающейся, скажем, по сдержанному, но очевидному укреплению связей между нашей страной и Саудовской Аравией в последние несколько лет. Объяснение лежит на поверхности: и у той, и у другой стороны общий враг – Иран.

Однако ныне Израиль, похоже, собирается фундаментальным образом протестировать упомянутую тенденцию, чтобы прояснить, насколько она реальна для ближневосточного региона.

Испытание, то бишь, тестирование, началось в минувшую среду, когда израильская компания Delek Group и фирма Noble Energy из США подписали соглашение о приобретении доли в заброшенном египетско-израильском газопроводе EMG.

Понятно, что энергетический бизнес предполагает перспективу большой экономической выгоды для всех, кто участвует в процессе, однако она может быть сведена на нет, если ей помешает взрывоопасная политика региона.

Этот трубопровод был проложен десять лет назад для экспорта египетского газа в Израиль, но тогда обстоятельства складывались отнюдь не благоприятно: террористы многократно повреждали трубопровод, взрывали его, и каждый раз, когда его восстанавливали, взрывали заново. Наконец, в 2012 году правительство Египта прекратило попытки наладить поставки газа, а затем его возглавили «Братья-мусульмане», что вообще сделало проект неактуальным.

Теперь же идея состоит в том, чтобы использовать тот же трубопровод, но для экспорта израильского газа в Египет. Однако все эти прекраснодушные слова о «мирных трубопроводах» и превращении восточного Средиземноморья в региональный энергетический центр могут ничего не стоить, если вернется прежняя, уродливая политика.

Значение данного трубопровода неоспоримо. В последние годы не только Израиль, но Египет и Кипр обнаружили значительные газовые месторождения в средиземноморских водах, и наверняка найдут еще. Если эти три страны смогут работать вместе, это решит множество логистических и политических проблем, связанных с поиском рынков сбыта и создаст беспроигрышную ситуацию для всех участников процесса.

Египет будет разрабатывать месторождение «Зохр» с предполагаемым запасом в 850 млрд. кубов газа; у Израиля есть «Тамар» (280 млрд. кубов), находящийся в процессе разработки, и «Левиафан» (626 мдрд.), который будет введен в строй в 2020 году; Кипр располагает месторождением природного газа «Афродита» (140 млрд. кубов). Такова ситуация с возможными поставками.

С точки зрения спроса, потребление египетского газа растет довольно быстрыми темпами, и в результате из газового экспортера Египет превратилась в страну, импортирующую газ (что послужило еще одной причиной, по которой Каир отказался от своих экспортных обязательств перед Израилем в 2012 году).

Гигантское месторождение «Зохр» будет главным образом использоваться для внутреннего потребления. Однако остаются престиж и мощь Египта, как энергетического центра, и потому Каир готов, набирая обороты, импортировать газ, чтобы затем его реэкспортировать. В стране имеется два неработающих терминала для производства сжиженного природного газа, который можно продать европейцам.

В случае, если Египту удастся сохранить свой престиж, как энергетического центра, это приведет к созданию новых рабочих мест и предоставит крайне необходимый источник налоговых поступлений.

Европа тоже заинтересована в подобном развитии событий. Ее собственные источники природного газа в Нидерландах и Северном море постепенно иссякают. Кроме того, европейские лидеры весьма настороженно относятся к возможной необходимости полагаться на импорт газа из России, не исключая наличия определенного риска, если Путин, к примеру, возьмет и  перекроет поставки природного газа из-за возникших политических разногласий. Это, конечно, маловероятно, но опасность все же существует, и любой мало-мальски ответственный политик не хотел бы ее игнорировать. Кроме того, существует растущий спрос на сжиженный природный газ в Китае и Индии, куда тоже можно было бы наладить соответствующие поставки.

Для Израиля альтернативой существующего трубопровода в Египет могут стать работы по прокладке нового — в Италию через Кипр и Грецию. И, хотя экономические условия этой версии делают ее более жизнеспособной, на данный момент есть сомнения в возможности решить техническую проблему: необходимо проложить трубопровод длиной в 2200 км через все Средиземное море, на трехкилометровой глубине; общая стоимость проекта составит примерно 7 млрд. долларов. Это может не сработать, и потому выгоднее сделать ставку на Египет… если не помешает политика.

Трубопровод EMG проходит через север Синайского полуострова, то есть, через территорию, по-прежнему находящуюся под контролем «Исламского государства» и других террористических групп, которым ничего не стоит прибегнуть к старому испытанному диверсионному методу.

Кроме того, в целом общественный климат в Египте и  Иордании (а Иордания также приступила к импорту израильского газа) отнюдь не благоприятен по отношению к Израилю. Иначе говоря, политическая база для всестороннего энергетического сотрудничества нестабильна и непрочна, и может рухнуть в любой момент, будь то смена правительства, народные протесты или революция. А для бизнеса, связанного с газом – это колоссальный риск, поскольку здесь все строится на долгосрочных контрактах и крупных инвестициях в инфраструктуру.

Данная сделка предполагает, что компании Delek и Noble платят 518 млн. долларов за свою долю, а сделка, которую они должны заключить с Dolphinus Holdings, — это десятилетний контракт стоимостью 15 млрд. долларов.

Однако тут снова появляется «но»: Турция и ее непростые отношения с Кипром и Израилем.

Экономический хаос, сотворенный президентом Турции Реджепом Эрдоганом, отражается на том, что политике в его стране отдается приоритет в ущерб экономике, становящейся заложницей политических интересов. Более того, политический акцент делается еще и для того, чтобы отвлечь турков от насущных проблем. Потому изрыгаемые постоянно из уст Эрдогана угрозы вполне способны задержать или даже приостановить разработку кипрского газового месторождения «Афродита».

Да, безусловно, экономическая выгода кажется самым убедительным аргументом. Но, перефразируя старую шутку о скорпионе, ужалившем лягушку, которая перевезла его через ручей, убив и ее, и себя: «Извините, мадам, но это – Ближний Восток».

Давид Розенберг, «ХаАрец»  М.К.
Фото: Pixabay.