Судья Верховного суда по индивидуальному импорту

Судья Верховного суда по индивидуальному импорту

На прошлой неделе Ури Шахам покинул пост судьи Верховного суда. Профессор Алекс Штейн заменит его. Чтобы стать преемником Шахама, Штейн согласился сделать две вещи: быть назначенным судьей Верховного и вернуться в Израиль. В Википедии про Штейна сказано, что в 1973 году он репатриировался из Советского Союза. В 2004-ом эмигрировал вместе с семьей в Соединенные Штаты. Министр юстиции Аейлет Шакед гордится тем, что с момента вступления в должность ей удалось провести назначение 147 судей. Но даже в этом списке Штейн стоит особняком. Это, так сказать, судья Верховного суда, ставший таковым благодаря индивидуальному импорту.

Профессиональное резюме Штейна разнообразно и интересно. Он специализировался на анализе данных экспертиз и доказательств, и это, безусловно, имеет отношение к Верховному суду, который выступает в качестве верховного апелляционного суда. Во второй сфере, когда Верховный в образе БАГАЦа (Высшего суда справедливости) занимается общественным и конституционным правом, Штейн никогда не работал. Шакед и ее сторонники в комиссии по назначению судей рекомендуют Штейна как международного правового вундеркинда. Это неправда. Штейн получил докторскую степень в Лондонском университетском колледже, а в Еврейском университете в Иерусалиме дослужился до должности заместителя декана. Позже Штейн преподавал в Школе права Кардозо «Йешивы Юниверсити», а два года назад  перешел в колледж в Бруклине, имеющий невысокий академический рейтинг  в Нью-Йорке.

Член комиссии по назначению судей Роберт Илатов заявил, что публикации Штейна тщательно изучаются в лучших юридических школах мира. Это неверно. Штейн не учился и не преподавал ни в университетах Лиги плюща в Соединенных Штатах, ни в подобных им вузах в Европе, в отличие от Стэнли Фишера, который был назначен управляющим Банком Израиля после того, как получил докторскую степень в Массачусетском технологическом институте и служил профессором Чикагского университета и Оксфорда.

Но главный критерий, который должен был способствовать отказу от кандидатуры Штейна, такой: профессор в последние почти полтора десятка лет не живет жизнью израильтянина. Судья – это не техническая профессиональная должность. Он должен жить среди своего народа. Тем более судья Верховного суда, занимающийся основными вопросами общественной, гражданской и социальной сфер. Штейна не было здесь в бурные дни: во время отмежевания от Газы,  Второй Ливанской войны, войн против террористов в секторе Газа, социального протеста 2011 года и т.д. В последние 14 лет Штейн и его семья не несли бремя вместе со всеми израильтянами. Справедливости ради надо сказать, что 24-летний сын Штейна недавно прошел укороченную службу в ЦАХАЛе.

Единственная вещь сделала Штейна пригодным к высокому посту: правые и консервативные взгляды. Например, он утверждал, что Израиль не был обязан поставлять электроэнергию в Газу, критиковал справа боевую мораль ЦАХАЛа и высказывал возмущение вердиктами Верховного суда. Когда все это было предано гласности Вторым телеканалом, профессор поспешил стереть свою страницу в «Фейсбуке».

Член комиссии по назначению судей Нурит Корен из «Ликуда» уточнила: «Взгляды Штейна – это именно, из-за чего Айелет Шакед и я сражались за его назначение судьей Верховного!». На этой неделе министр Ярив Левин сказал в интервью «ХаАрец» в связи с принятием закона о  национальном характере государства: «Когда состав коллегии судей в Верховном суде изменится, мы сможем добиться того, чего хотим». Все это объясняет, почему Шакед ультимативно требовала назначения Штейна. То, что нельзя понять, — это капитуляция председателя Верховного суда Эстер Хают перед этим позорным назначением.

Ури Мисгав, «ХаАрец»    Д.Н.
Фотоиллюстрация: заседание Верховного суда. Фото: Эмиль Сальман.