Равенство — это не награда

Равенство — это не награда

Разрушительный потенциал закона о национальном характере государства настолько бросается в глаза, что упорство главы правительства не исправлять его вызывает подозрения в том, что имеются какие-то дополнительные, скрытые мотивы, которые там присутствуют. Желание сохранить любой ценой открытую рану в отношениях между государством и арабским меньшинством, любой ценой, все время. Рана открытая, гноящаяся и угрожающая. 

Зачем и кому это нужно? Почему правительство и стоящий во главе в этом заинтересованы? Можно лишь строить предположения: может быть, потому что меньшинство с открытыми ранами более уязвимо и удобно для различного рода манипуляций, подстрекательства, устрашений и раскола? Для проведения политики «разделяй и властвуй»?

И вот как можно сохранять рану открытой: одним ударом, с помощью одного совершенно лишнего закона, Нетаниягу и его правительство лишили уверенности в завтрашнем дне пятую часть населения граждан страны. И вновь — зачем? Потому что они могут. Потому что они уверены, что никакая сила не в состоянии их остановить. Потому что они хотят, что арабские граждане страны жили бы в Израиле с перманентным ощущением страха и неуверенности в завтрашнем дне. Чтобы они все время помнили, каждую минуту, что они зависят от доброй — или недоброй — воли правительства, что они живут здесь по милости других. Что сегодня они здесь, но завтра могут оказаться в совсем другом месте. И этот закон проясняет с максимальной ясностью еще один момент: глава правительства решил не прекращать оккупацию и апартеид на территориях, а, скорее, наоборот: перенести их на территорию Израиля. Иными словами — этот закон есть на самом деле отказ от возможности когда-либо достичь соглашения с палестинцами. 

И по поводу понижения статуса арабского языка в Израиле. Язык — это целый мир, это сознание, личность и индивидуальность, это культура. Бесконечное хранилище всех самых важных вещей в нашей жизни. Нужно быть особо циничным человеком — политиком — узколобым и высокомерным, чтобы ударить так нагло и бессердечно (и совсем не символическим образом, как нас пытаются уверить) по языку другого народа, унизив и оскорбив его. 

Иврит и арабский — это языки-братья. На протяжении веков они идут вместе. Миллионы израильтян-евреев впитывали арабский язык вместе с молоком матери. В иврите нет достаточного количества слов, чтобы выразить всю глубину протеста и кричать, наблюдая за издевательством над братским языком. 

Сотни и тысячи лет еврейский народ был меньшинством в странах, где проживал. Ситуация, в которой находятся меньшинства, сформировали нашу идентичность, обострила наши чувства, превратила нас в более понимающих людей, более способных к состраданию. Сегодня мы, евреи, являемся большинством в своей стране. Это огромная ответственность — быть большинством, это большое испытание — общественное, политическое, и самое главное — человеческое: понять, что отношение к меньшинствам является одним из главных экзаменов для большинства в демократическом государстве. И этот экзамен правительство Израиля провалило с громким треском. И этот треск, этот грохот, слышен во всем мире. Во том самом мире, который мы все время обвиняем в дискриминации еврейского меньшинства, которое живет за пределами Израиля. 

Именно поэтому будет очень жаль, если израильтяне друзского происхождения удовлетворятся «компенсациями», денежными или другими, за всю несправедливость, которую принес им закон о национальном характере. Именно тот момент, который начался вместе со справедливыми демонстрациями протеста друзского населения против этого закона, может стать началом более широкого движения, в котором объединятся все меньшинства Израиля, мусульманские, христианские и другие, в борьбе за свои права. 

Согласие (по крайней мере — на данный момент) лидеров друзской общины согласиться на соглашение о компенсациях, предложенном Нетаниягу, свидетельствует о том, что по всей видимости, годы дискриминации и пустых обещаний заставили даже их забыть, что есть такое полное равноправие. 

В извращенной израильской действительности будет нелишним напомнить, что равенство не является наградой, которую гражданин получает от государства за свои заслуги в той или другой области. И даже не из-за того, что он отдал жизнь за эту страну. Ультраортодоксы, которые отказываются призываться в армию, тем не менее являются полноправными гражданами страны. Равенство это точка отсчета в гражданских правах, а не его продукт. Это почва, из которой вырастает гражданство. Это именно то, что предоставляет нам свободу быть иными, непохожими, отличающимися от других — и в то же время быть равными любому другому гражданину. 

С моей точки зрения, последние законы, которые утвердило правительство, в большой степени являются продуктом извращенного мышления, которое было создано под влиянием пятидесяти лет оккупации. Это продукт сознания элитного верховенства, желания окутать флером превосходства наше коллективное и националистическое «мы», — которое изгоняет из «дома» всех тех, кто к этому «мы» не относится — будь то представители иного народа, вероисповедания, пола, и так далее. 

И, может быть, этот закон сделал нам большую услугу, продемонстрировав всем — левым и правым, без иллюзий и попыток обмануть самих себя — до чего мы дошли, куда скатился Израиль. Может, этот закон встряхнет в конце концов всех нас, правых и левых, тех, кого беспокоит судьба Израиля, его дух, его человечность, его еврейские, демократические и гуманистические ценности. 

У меня нет сомнений в том, что таковых — большинство, справа, слева, в центре политической карты. Что все они — умные и справедливые люди, которые понимают, что этот закон — отвратителен, что он есть предательство государством собственных граждан. Нетаниягу, как обычно, представляет это борьбой между правыми и левыми. Но это борьба гораздо более глубокая и судьбоносная, борьба между теми, кто уже отчаялся и теми, в ком еще не умерла надежда. Между теми, кто купился на националистический и расистский соблазн — и теми, кто продолжает ему сопротивляться, теми, кто продолжают хранить в сердце картину, представление, надежду о том, как вещи должны выглядеть в нормальной стране. 

Давид Гроссман, ХаАрец. И.М.
На фото: Давид Гроссман на альтернативной церемонии памяти павших, 2018. Фото: Максим Рейдер.