Израиль, Интерпол, Россия

Израиль, Интерпол, Россия

Адвокат Анат Гранит. Возраст: 64. Должности: бывший руководитель Интерпола в Израиле, бывший представитель полиции Израиля по Юго-Западной Европе, бывший суперинтендант полиции Израиля. Место встречи: кафе в Тель-Авиве. Время встречи: четверг, 10.08.2018, 11:00.

— Что означает быть главой Интерпола в Израиле? Как проходил ваш обычный день?

Израильская полиция, как и во всем мире, сотрудничает с Интерполом посредством специального разведывательного подразделения. Предположим, Интерпол выдает красное уведомление о том, что разыскивается некое лицо, подозреваемое в преступлении. О нем сообщаются все надлежащие сведения: имя, фамилия, фото, отпечатки пальцев, образец ДНК. Это сопровождается просьбой арестовать его и задержать до выяснения возможности экстрадиции.

Все страны получают это уведомление одновременно и проверяют через пограничную полицию, не пересекало ли данное лицо границу и не находится ли на их территории. В случае Израиля, мы проверяем, какая страна выдала запрос, после чего организуем арест и выдачу.

— Но ведь информация идет и в обратном направлении…

Конечно, мы тоже объявляем людей в розыск и делимся информацией. Мы не передаем нашу внутреннюю информацию, но обмениваемся данными о терроризме или о сексуальном насилии.

— Расскажите о полномочиях Интерпола, ведь мы знаем о них в основном из сериалов…

Да. Меня очень смешит, когда в фильмах сотрудники Интерпола лично преследуют преступников. У нас нет таких полномочий, это все подлежит юрисдикции местной полиции. В центральном офисе Интерпола работают администраторы, психологи, адвокаты, специалисты по базам данных. А также представители полиции входящих в Интерпол стран, кроме Северной Кореи. Фактически это крупнейшая разведывательная организация, которая собирает и распространяет информацию по всему миру.

— Однако у нее есть свои границы, по уставу она не может вмешиваться во внутренние дела, политическую или религиозную деятельность. Но насколько это реально, ведь в конечном итоге все сводится к политике?

Совершенно верно. И все же границы соблюдаются, поскольку Интерпол не инициирует собственные расследования, кроме случаев сексуального насилия против детей.
— Однако даже определение того, что является терроризмом весьма условно. На все случаи есть определенный протокол. Вы помните инцидент с ликвидацией Махмуда Мабхуха, одного из лидеров ХАМАСа, в Дубае в 2010 г. На всех людей, участвовавших в этом нападении, Интерполом были заведены дела и выданы красные уведомления, и это не носило политического оттенка. Ведь только потом выяснилось, что нападавшие оказались израильтянами. С точки зрения Интерпола это был акт международного терроризма, в котором были замешаны участники из разных стран, представлявшие угрозу для общества.

— Какие еще есть виды уведомлений Интерпола?

Есть еще желтые уведомления, которые относятся к пропавшим без вести. Например, такое было выпущено для израильского солдата Гая Хавера, который пропал в августе 1997 г. Есть черное извещение, которое используется в случае неопознанных тел, а также синее, которое касается только местоположения.

— А как быть, если с другой страной нет соглашения о выдаче?

Такой договор может быть достигнут в конкретном случае, как например это было с Григорием Лернером. Этот бизнесмен, который в итоге оказался крупным мошенником, после своего освобождения из тюрьмы пустился в новую аферу. Он собрал большую сумму наличных под предлогом последующей их инвестиции и бежал из Израиля в Парагвай, с которым у нас нет договора об экстрадиции.

Поселившись в отеле, он напился до бессознательного состояния, в таком виде его нашла горничная, вызвавшая офицера безопасности. По чистой случайности тот оказался израильтянином, и более того, дружившим с полицейским из Центрального округа. Обнаружив чемодан, набитый наличными, и израильский паспорт, он позвонил другу и спросил, известен ли тому некто Цви Бен-Ари. Его попросили прислать фото, и я никогда не забуду свое изумление, когда мы увидели на снимке Григория Лернера. Наш представитель в Южной Америке немедленно отправился в Парагвай и попросил его немедленной депортации в Израиль. Это процесс намного более быстрый, чем экстрадиция, и через пять дней Лернер был у нас.

— С другой стороны, в Израиле комфортно живут многие люди, против которых выданы красные уведомления, а один из них недавно даже обедал с премьер-министром, его женой и министром обороны…

Если вы имеете ввиду Михаила Черного, то речь идет об ордере, выданном Испанией по обвинению в отмывании денег и принадлежности к преступной организации. Здесь речь идет о человеке с израильским гражданством, который много лет не покидал Израиль. Мы не инициируем арест человека, живущего в Израиле с израильским гражданством. Решающим критерием является вопрос, где у него находится так называемый «центр жизни».

Например, недавно был экстрадирован гражданин с двойным гражданством, всю свою жизнь проведший в Америке и там совершивший преступление, после чего он переехал в Израиль. Но я, конечно, не отрицаю, что есть случаи, когда связи и политики влияют на ситуацию.

— Одно из частых обвинений в адрес Интерпола, что он зачастую становится инструментом в руках таких авторитарных режимов, как, например, российский и китайский.

У меня был клиент с двойным гражданством, имевший бизнес в России вместе со своим партнером. В какой- то момент они поссорились, и вскоре мой клиент обнаружил, что на него выписан ордер Интерпола. Как выяснилось, его партнер был другом Владимира Путина.

— Я обнаружила информацию о многих российских гражданах, арестованных за границей по запросам Интерпола, которые оказывались обвиняемыми в различных преступлениях. Можно ли сказать, что Москва использует Интерпол для охоты на своих противников?

Вне всякого сомнения.

— Вы также работали представителем Израиля по Юго-Западной Европе, в чем была особенность этой должности?

Это было, в основном, связано с наркоторговлей. Испания — крупнейший перевалочный пункт, откуда наркотики из Южной Америки поступают в Израиль. Все самолеты с этих рейсов тщательно проверяются, и в случае обнаружения наркокурьеров-израильтян я вступала в действие. Во многих случаях мне удавалось склонить контрабандистов к сотрудничеству с целью выявления каналов и поставщиков.

Но работа в Европе имела и другую особенность. Периодически меня просили помочь разобраться с какими-то делами в Европе, поскольку за это время я «обросла» полезными связями. Иногда это получалось, но иногда нет, как это было в случае с Авигдором Либерманом.

— Что это было за расследование?

Это касалось периода 1999 — 2006, когда он был депутатом Кнессета. Но куда бы я ни приходила, создавалось впечатление, как будто кто-то уже меня опередил, побывал там раньше меня и аккуратно убрал все следы. Чтобы я ни пыталась выяснить, к кому бы ни обращалось, все было бесполезно. Так что, в этом случае я ничем не смогла помочь полиции Израиля.

Айелет Шани, «ХаАрец«, В.П.

Михаил Черной. Фото: Офер Вакнин